В постоянной экспозиции ТМИИ на втором этаже можно увидеть картину Архипа Куинджи «На Валааме». Это единственное полотно автора в экспозиции. О нем мы и расскажем в проекте ТУЛАСМИ «Фокус на полотно».

По словам заведующей филиала Тульского музейного объединения - Тульский музей изобразительных искусств Елены Балаевой, произведение относится к циклу северных пейзажей мастера, с которых, по мнению Ильи Репина, и начинается оригинальный, самобытный Куинджи.

Он родился в Мариуполе, начинал с подражания Айвазовскому, хотел быть его учеником. Систематического образования Куинджи не получил. Он надеялся поступить в Академию художеств в Петербурге, но преподаватели не оценили талант самоучки.

Постепенно Куинджи сблизился с художниками-передвижниками. Но достаточно и его коллеги, и зрители понимают, что у Куинджи есть особенный дар – фантастически передавать свет и цвет.

Картина «На Валааме», написанная в 1873 году, отличается от работ его коллег-передвижников.  

«С одной стороны, в этом произведении Куинджи еще очень точен в передаче деталей. Очень тщательно прописан первый план, мох и наросты на деревьях, гранитные валуны на краю берега. Куинджи, в отличие от передвижников, фиксирует внимание не столько на содержании, сколько на форме и конкретно на свете и цвете. Неслучайно мы говорим о том, что это именно мастер ярких световых эффектов. И в большинстве пейзажей Куинджи, в том числе и в «На Валааме», превалирует желание не столько зафиксировать природу, сколько придать ей глубокий философский смысл. Его работа наталкивает, на нерадостные размышления о смысле существования человека. Эта суровая северная природа, в которой деревья вынуждены выживать и бороться, являются, возможно, аналогом и человеческих усилий, попыток выживать в такой непростой жизни», - рассказывает Елена Балаева.

Архип Куинджи тщательно подходил и к технической стороне своей работы.

«Он дружил с известным химиком Дмитрием Менделеевым. Его интересовал состав красок, пигментов. Он очень много экспериментировал, добавляя в краски новые элементы, чтобы добиться желаемого эффекта – буквально свечения поверхности картины», - продолжает заведующая Тульского музея изобразительных искусств.

Современник Куинджи Александр Бенуа называл своего коллегу «русским Моне, показавшем прелесть самой краски, открывшем законы её вибрирования, её звона».